Региональная общественно-политическая газета
Свежий выпуск: №110 (28879) от 19 ноября 2019 года
Издается с 24 февраля 1918 года
20 ноября 2019,
среда

Олег Маслов: «Я и впрямь попал в страну чудес»

Общество

Одним из частых гостей на страницах «Глагола», начиная с его возникновения, был известный врач и поэт Олег Маслов. Но вот уже почти два года его имя в амурской периодике не звучит.

Олег Маслов: «Я и впрямь попал в страну чудес» / Одним из частых гостей на страницах «Глагола», начиная с его возникновения, был известный врач и поэт Олег Маслов. Но вот уже почти два года его имя в амурской периодике не звучит.

«До сих пор живу в двух измерениях: днем в Израиле, ночью — в Благовещенске, — пишет поэт из земли обетованной. — Недавно у меня вышла книга «Из века в век», которую постараюсь выслать в редакцию. Начинается она с раздела «На земле обетованной». Половина стихов из него уже была опубликована в «Амурской правде». Написал литературные мемуары о Саше Красном, Николае Задорнове, Всеволоде Сычеве». 

* * * 

Вот такие в жизни  перемены: 

Отсчитав полсотни  трудовых, 

Я отныне здравствую  в две смены 

Без отгулов и без  выходных. 

Каждый день влечет  к себе с рассвета 

Заграничной жизни  новизна —

Краски  субтропического лета, 

Средиземноморская  волна, 

Пальмы, эвкалипты,  кипарисы, 

Зелень трав, голубизна  небес... 

Будто наподобие Алисы 

Я и впрямь попал  в страну чудес. 

Вся страна — объехать  суток хватит, 

Но контрасты — оторопь берет: 

На Хермоне снежно, 

а в Эйлате 

Африканским жаром  обдает. 

Люди — все сограждане, 

и все же 

Наяву при ясном свете  дня 

Обликом и нравом так  несхожи, 

Хоть по генам — кровная  родня. 

Знать, не зря на два  тысячелетья 

Бог ли, Рок — теперь  уж не узнать —

  Разметал народ по белу  свету,

  А потом собрал  его опять.  

Но едва заката луч  прощальный 

Смену сдаст владычице  ночей, 

Как с Востока Ближнего  на Дальний 

Возвращает вновь меня  Морфей.

И опять — в который раз, 

не знаю — 

На крутом амурском  берегу 

Я на жизнь в Израиль  уезжаю 

И никак уехать не могу. 

Ведь давно оформлены  бумаги, 

Решено, где быть и где не  быть —

Тяги не хватает ли,  отваги

  Рейс тот судьбоносный  совершить.

 Всякий раз находятся  причины  

Вновь отсрочить  на день свой отлет: 

Но гудят и греются  турбины, 

И на старт выводят  самолет. 

И отрадно, поутру  вставая, 

Вспомнить вновь,  очнувшись ото сна, 

Что своя — от края и  до края, —

Велика Земля моя  родная, 

Всем опора и на всех  одна. 

* * *  

Уходит век  неудержимо, 

И знаю, смертный  человек, 

Что он и есть  неповторимый 

И разъединственный  мой век. 

* * * 

Непросто жизнь  по новой начинать, 

Но не сбылись  фатальные пророчества: 

Все внове, и зовут меня  опять, 

Как в юности — по имени,  без отчества. 

Я даже не Олег пока -  оле*, 

Лишь новосел, дающий  обещание 

На этой, Богом меченой  земле, 

Вновь подтвердить  и стать свою, и звание. 

Запоминаю новые слова, 

Войти в иврит — забота  неустанная. 

Кому — стара, а для меня —  нова

И молода Земля  обетованная. 

И сам бы рад в порыве  молодом 

Постичь страну,  да плохо получается —

Вся голова заполнена  старьем, 

И новое с трудом в нее  вселяется. 

Хочу, как прежде, быть  в одном строю 

На марше созидателей  Грядущего, 

Но быстро устаю  и отстаю 

И становлюсь обузою  ведущего. 

Ну что ж, пора и впрямь  со стороны 

Увидеть и себя, и все  окрестное, 

И не стремиться  впредь, «задрав штаны, 

Бежать  за комсомолом»  в неизвестное. 

Не лучше ли, тревогам  дав отбой, 

Расслабиться душой  в уединении, 

И календарь всей жизни  прожитой 

Перелистать в  обратном направлении. 

За годом год, по чести,  по уму 

Осмыслить все былые  проиcшествия, 

И пусть не мне, но внуку  моему 

Пойдет на пользу  это путешествие. 

А дальше — жить и гнать  все бредни прочь, 

Как ни суди — не вижу  лучшей доли я. 

Уже и вечер, но еще  не ночь. 

Вот только бы, еще бы  и поболее... 

_______________________

  * Оле — иммигрант в Израиле. 

* * * 

Певцы Дальнего Востока (из воспоминаний) 

Лето 1988 года мы провели всей семьей на Рижском взморье в Юрмале, в доме творчества писателей Дуболты. Народ там собрался солидный. В главном холле часто прогуливался с большой сигарой Александр Чаковский, автор «Блокады» и главный редактор «Литературной газеты». Под руку с крепкой женщиной средних лет ежедневно гулял Вениамин Каверин, он постоянно ей что-то говорил, а она внимательно слушала. Временами появлялись на людях Евгений Долматовский, Петр Проскурин. Через неделю после нашего приезда раздался телефонный звонок: 

— Это Олег Маслов? С вами говорит известный вам секретарь Воронежской писательской организации. Есть идея — устроить встречу провинциальных поэтов с читателями, и я предлагаю вам принять в ней участие в качестве выступающего. 

— Да вы что! Вы представляете, кто будут эти читатели, перед кем придется выступать? 

— Классиков будет мало, а остальным мы покажем, что литература делается не только в столице. Группа уже собирается приличная, я вас включаю.  Я мучительно пытался вспомнить, как и откуда могу его знать, а когда через несколько дней встретились перед выступлением, все прояснилось. Он по телефону разговаривал не со мной, а с моим двойным тезкой Олегом Масловым из Самары, с которым был лично знаком (кстати, и я познакомился с Олегом год назад в Пицунде). Но менять что-либо было уже поздно, и выступление мое состоялось.  Я напомнил присутствующим, где находится Дальний Восток, назвал имена любимых земляков-литераторов, прочитал несколько стихотворений, получил сдержанное одобрение председателя и зала и спокойно удалился. А через день ко мне подошел человек — седой, в летней рубашке, джинсовых брюках, с очень знакомым лицом и, улыбаясь, сказал: 

— Давайте знакомиться, Задорнов. В первое мгновение мне захотелось крикнуть: «Не может быть!» И в самом деле, когда я в детстве читал «Амур-батюшку», разве мог себе представить, что когда-нибудь вот так запросто встречусь с автором и пожму руку, написавшую этот знаменитый роман. Да к тому же в моем сознании автор книги невольно ассоциировался с ее персонажами, которые жили сто лет тому назад. Фантастика какая-то! 

Так состоялось наше знакомство. Первое, о чем спросил Николай Павлович, знаю ли я деревню Заган Свободненского района. Я о таковой не слышал. Тогда он рассказал, что это была единственная в Приамурье деревня, где никто не пил и не ругался матом, там жили староверы (позже я узнал, что сейчас там все не так). Потом он рассказал о себе. Родился в 1908 году в Чите, в 1927-м был актером театра Благовещенска, а затем переехал в Комсомольск-на-Амуре, где стал заведующим литературной частью местного театра. Там и начались его исторические изыскания. В Риге он жил многие годы, потому что там после Ленинграда самые лучшие в стране архивы, что для исторического писателя представляет наиважнейшую ценность. 

Когда дошла очередь до меня, он подробно расспросил, кто я, чем занимаюсь, что написал и издал, поговорили о литературной жизни Дальнего Востока, где он обнаружил совершенное знание того, что там происходит. Но главным оселком моего признания явилось творчество Петра Комарова. После того как Задорнов убедился, что я по-настоящему знаю и люблю стихи Комарова, что мы с 1986 года ежегодно проводим Комаровские чтения в родных местах поэта, он впустил меня в мир своих знаний. А знал он очень много — большего знатока истории Дальнего Востока я не встречал и, наверное, не встречу.

Добавить комментарий

Забыли?
(Ctrl + Enter)
Регистрация на сайте «Амурской правды» не является обязательной.

Она позволяет зарезервировать имя и сэкономить время на его ввод при последующем комментировании материалов сайта.
Для восстановления пароля введите имя или адрес электронной почты.
Закрыть
Добавить комментарий

Комментарии

Комментариев пока не было, оставите первый?
Комментариев пока не было
Комментариев пока не было

Материалы по теме

Мемориальную доску писательнице и журналисту Светлане Борзуновой установят в день ее рожденияМемориальную доску писательнице и журналисту Светлане Борзуновой установят в день ее рождения
Памятную доску поэтессе Светлане Борзуновой хотят установить на ее доме в БлаговещенскеПамятную доску поэтессе Светлане Борзуновой хотят установить на ее доме в Благовещенске
Деньги на памятник амурскому врачу и поэту Олегу Маслову соберут на двух концертах
Пишущие о Дальнем Востоке прозаики получат по полмиллиона рублей
Литературные тайны: амурский исследователь открыл творчество талантливого благовещенского писателя
Город «Бонивур»: чем закончился последний поход комсомольцев за романтикой
Маленькое лето Нины Онищенко: майор милиции в отставке выпустила книгу стихов о своей жизни и любви
Книга амурчанки попала в финал престижной премии в области детской литературы
Книга амурской писательницы попала в лонг-лист престижной премии электронной литературы
Благовещенский юрист написал сказку для детей и хочет продавать ее в Приамурье и Москве
Амурский писатель Владимир Куприенко о разговоре с Богом из психушки, первых шедеврах и своих героях

Гороскоп на 20 ноября: Рыбы столкнутся с равнодушием, а Львы разработают новый стильСоветы
«Какой казак без коня»: студентов Амурского казачьего колледжа научат верховой ездеОбщество
В Амурской области подешевеют патенты для отдельных видов бизнесаЭкономика
Магдагачинский пожарный спас из горящего дома двух детейЛюди
В зеркальную дату новобурейцы поженились по цыганским и греческим обычаямОбщество
В Амурской области вакцинируют от бешенства всех коров, кошек и собакЖивотные

Читать все новости

Общество

Превращение винтажного авто и почему мужчина не смог отдать черного пса: утро с «Амурской правдой» Превращение винтажного авто и почему мужчина не смог отдать черного пса: утро с «Амурской правдой»
Директор благовещенского колледжа, где произошла стрельба, уволился
«Какой казак без коня»: студентов Амурского казачьего колледжа научат верховой езде
В зеркальную дату новобурейцы поженились по цыганским и греческим обычаям
Фигурист Алексей Ягудин и хоккеист Андрей Николишин дадут бесплатные мастер-классы для амурчан
Система Orphus