Региональная общественно-политическая газета
Свежий выпуск: №14 (28104) от 9 апреля 2020 года
Издается с 24 февраля 1918 года
10 апреля 2020,
пятница

Афганские откровения генерала Кузнецова

Герой Советского Союза даже сегодня не хотел бы вернуться уже в мирный Афганистан

Общество

Талант этого тактика и командира руководство страны оценило званием Героя Советского Союза. В его большом наградном арсенале орден Ленина и медаль «Золотая Звезда». Юрий Кузнецов в Афганистане командовал 345-м гвардейским отдельным парашютно-десантным полком, который за два года осуществил более 70 боевых спецопераций с минимальными потерями. В канун памятной даны — 22-летия со Дня вывода советских войск из Афганистана — Юрий Викторович стал гостем редакции АП.

Афганские откровения генерала Кузнецова / Талант этого тактика и командира руководство страны оценило званием Героя Советского Союза. В его большом наградном арсенале орден Ленина и медаль «Золотая Звезда». Юрий Кузнецов в Афганистане командовал 345-м гвардейским отдельным парашютно-десантным полком, который за два года осуществил более 70 боевых спецопераций с минимальными потерями. В канун памятной даны — 22-летия со Дня вывода советских войск из Афганистана — Юрий Викторович стал гостем редакции АП.

В 1964 году, когда он поступал в ДВОКУ, никаких романтических ассоциаций десантные войска у мальчишек не вызывали. Слава к ним пришла позже, в конце 60-х. А тогда и погон голубых еще не было. У командира взвода — только личный состав и оружие. Сейчас у того же взводного — три боевые машины со сверхсложной «начинкой» плюс средства для их десантирования.

А Юрий Кузнецов за освоение этой техники получил в 75-м свой первый орден. Сегодня ветеран боевых действий с улыбкой вспоминает свою десантную юность — первые учения, первые прыжки с парашютом.

«Свистел» два раза

— Мне говорили: ничего, до 13-го прыжка дотянешь, а потом не страшно будет. Нет! У меня за спиной 136 прыжков, и я всегда говорю: к этому привыкнуть нельзя. Бывают очень опасные моменты. Я, например, два раза «свистел» — это когда парашют своевременно не раскрывается. Днем еще полбеды — хотя бы видишь, что происходит вокруг. Запаска у тебя, начинаешь барахтаться, а ночью сложнее. Второй раз я «свистел» как раз ночью. Кое-как приземлился, ощупал себя — вроде живой. Собрал парашюты, положил в сумку. Решил перекурить и вдруг слышу: тр-р-р, пах — прибор сработал. Раскрылся-таки мой основной парашют…

Самое страшное — терять своих

— Я был в числе первых, кто попал в Афганистан. Все началось в декабре 1979-го, а я прибыл туда в июне 1980-го. В тот год туда направили всего трех выпускников академии имени Фрунзе — я был в их числе. Меня назначили заместителем командира парашютно-десантного полка, который дислоцировался в Фергане. Командующий ВДВ мне сказал: «Получите квартиру, затем съездите в Афганистан на две недели». Две афганские недели растянулись более чем на два года.

Самое трудное для меня было в Афгане — это терять подчиненных. Смотреть, когда твоих ребят вытаскивают, складывают, упаковывают, а ты думаешь о том, кто из живых окажется в «черном тюльпане» завтра.

К этому привыкнуть никогда нельзя. Как и к тем неоднозначным ситуациям, которые бывают на любой войне. Например, когда по вине советской стороны погибали мирные афганские жители. Вспоминать такое очень тяжело. Но это правда. Пусть и жестокая.

И бомбили, и спасали…

— Подъезжаем к населенному пункту, оцепляем кишлак, чтобы сделать свою работу — провести зачистку от душманов, а там свадьба. Они же тоже живые люди. Война не война, а жизнь идет. Декхане играли свадьбу. Вышли на улицу. Идут, веселятся, песни поют. А в это время наша авиация с воздуха как жахнет по кишлаку…

Летчиков понять можно: они выполняли свою задачу. Оперативные данные предоставлялись нашей стороне афганской контрразведкой (ХАТ) или афганской народной милицией — ее называли Царандой. Получив данные о том, что в такой-то населенный пункт стекаются «духи», наши военачальники отдавали авиации приказ на уничтожение, а потом извлекали уроки.

Так было и в тот раз: позже выяснилось, что это вовсе не бандиты, а родственники съехались из окрестных кишлаков на большой праздник. И жениха, и невесту, и гостей — всю свадьбу накрыло огнем с неба. Какая уж тут зачистка! Когда все стихало, искали уцелевших, чтобы оказать раненым медицинскую помощь. И такое было не раз.

Как-то проводили очередную спецоперацию в районе города Чарикар. Там уже поработали наши «вертушки». Мы следом провели зачистку, практически ничего не нашли — никаких следов душманов, и ждали команду на убытие. Смотрим, идет старик. Белая одежда спереди вся алая от крови. На руках несет окровавленного пацана — ему всего годика четыре. Осколок попал ребенку прямо в глаз. Что делать? Врача нет — только медбрат. Сажаем этого деда в «вертушку» — и в Кабул. Оказывали помощь населению, какую только могли.

Не выполнил приказ

— Это была Нижрабская операция. Ее успех дорого нам обошелся. Почти месяц воевали. Зеленая зона там большая — тремя дивизиями чистили. Когда выполнили боевые задачи, направились в Баграм, к своему городку. Двигались назад по узкой долине. Около двенадцати ночи мне по рации поступила команда: «Возвращайтесь назад в крепость Махмуд-Раки. Полк завести в крепость под охрану, а с одним батальоном пересечь Панджшерский мост. Там зажат душманами и ведет бой зенитный дивизион, которому необходимо оказать помощь», — вспоминает Юрий Викторович. — Я оценил обстановку. Кругом виноградники, разъехаться нельзя. Чуть вправо или чуть влево — бронемашины по башню садятся.

Я отвечаю командованию: «Возвращаться назад не буду. Иначе положу здесь всех своих людей. Нам осталось всего 7 километров до места дислокации». Я посчитал нецелесообразным разворачивать подразделение на узкой дороге в темноте. Слишком велика опасность для личного состава. Велика и неоправданна.

Вышел из машины. Вокруг ни зги не видно. Впереди колонна вся стоит — все спят. У меня при себе только один пистолет. Тогда начштаба Владимир Бородавкин (он был со мной в одной машине) снимает с себя каску, отдает мне бронежилет, автомат. Я дал команду командиру разведроты, которая уже была в Баграме, немедленно выйти нам навстречу, а сам с батальоном пошел на выручку своим.

Когда мы подошли, увидели страшную картину: дивизион разбит, все усыпано артиллерийскими снарядами — огромные «чушки» везде разбросаны. Всю ночь мы вывозили убитых и раненых, искореженную технику. К рассвету задача была выполнена.

Добрались до Баграма. А утром мне сообщили, что к нам из штаба армии комиссия летит. Как это так — боевой офицер не выполнил приказ командования.

Стали разбираться, сколько у нас раненых, сколько человек погибло. Я отвечаю: «Ни одного». Поначалу они усомнились в докладе. Для проверки выслали самолет-разведчик.

Только после ознакомления с результатами аэрофотосъемки в штабе отпали все сомнения.

Командир легенды

— Обычно из полка в академию поступали три-четыре офицера, а у меня из Афганистана в академию ушло 15 человек. Все потом занимали высокие должности. Многие стали генералами, поднялись высоко по карьерной лестнице. Зам по тылу Жуков впоследствии стал начальником тыла армии в Германии. Начальник политотдела Кудинов сейчас управляет делами фракции «Единой России» в Госдуме. Мой заместитель Павел Грачев дорос до министра обороны Российской армии.

Но, пожалуй, самые незаурядные личности — это мои легендарные комбаты. Первым батальоном у меня командовал Александр Лебедь. Он пришел к нам молодым необученным капитаном — в войсках ни одного дня не служил, до этого был командиром курсантской роты в рязанском военном училище. И стал генерал-лейтенантом!

«Афганская школа» сказалась на всей его жизни. И когда он стал центральной фигурой событий в Молдавии: не выводил российские войска с территории бывшей республики, защищал интересы русских людей. И потом, когда он занимал высокие посты в государстве, в том числе пост секретаря Совета безопасности. Он был и в политике бесстрашен, напорист. И не забывал своих боевых друзей.

А комбат Валерий Востротин чего стоил. Еще старшим лейтенантом он командовал девятой парашютно-десантной ротой, которая обеспечивала захват дворца Амина спецгруппами «Альфа» и «Каскад». Он много раз получал тяжелейшие ранения, все тело и лицо было иссечено осколками. Но после лечения снова возвращался в свое подразделение.

В то время как некоторые офицеры бросали на стол партбилеты, отказываясь ехать в Афганистан, Востротин вернулся туда даже после академии. Легендарный человек. Как-то увидел его раздетым — кожа, словно ее сшили из кусков, вся в «латках» от ранений. Сегодня Валерий — депутат Госдумы.

Политическая ошибка?

— Даже с позиции сегодняшнего дня оценивать, что было правильно, а что неправильно, и то нелегко. А уж в той ситуации, которая сложилась в стране в 80-х годах, принимать политические решения было очень сложно, — считает ветеран боевых действий. — И давать негативную оценку присутствию советского военного контингента в Афганистане, как это сделали в 1989 году депутаты Верховного Совета СССР, считаю, было неправильно. Наши интересы в Афганистане были. Они там остаются и сегодня.

Хочу поздравить всех солдат и офицеров, кто честно выполнял в Афганистане свой долг. Кто выжил, несмотря ни на что. А это было очень трудно. Там не было ни линии фронта, ни тыла. Вся война — в окружении. Днем он мирный декханин, а ночью — душман. Пока идешь колонной, он держит в руках кирку, а отошел дальше — достает автомат и в спину стреляет. Поэтому каждый день там был, как последний.

Возрастная категория материалов: 18+

Добавить комментарий

Забыли?
(Ctrl + Enter)
Регистрация на сайте «Амурской правды» не является обязательной.

Она позволяет зарезервировать имя и сэкономить время на его ввод при последующем комментировании материалов сайта.
Для восстановления пароля введите имя или адрес электронной почты.
Закрыть
Добавить комментарий

Комментарии

Комментариев пока не было, оставите первый?
Комментариев пока не было
Комментариев пока не было

Материалы по теме

Амурская область получит 500 миллионов на квартиры силовикамВласть
Студентам ДальГАУ компенсируют плату за общежитие во время пандемииОбщество
В Амурской области на коронавирус обследовано 2,7 тысячи человекКоронавирус
Полтора миллиарда рублей выплатят амурским семьям с детьми от 3 до 7 летВласть
ВЦИОМ: россияне считают поправки в Конституцию о защите суверенитета одними из главныхОбщество
Гороскоп на 10 апреля: Рыбы сделают себе подарок, Раки отправят подальше досаждающихСоветы

Читать все новости

Общество

Студентам ДальГАУ компенсируют плату за общежитие во время пандемии Студентам ДальГАУ компенсируют плату за общежитие во время пандемии
ВЦИОМ: россияне считают поправки в Конституцию о защите суверенитета одними из главных
Расходы россиян снизились, а свадебных гостей заменили картонными фигурами:утро с «Амурской правдой»
Амурский штаб акции #МыВместе получил 7 тысяч масок от Благовещенского отделения Сбербанка
В Магдагачинском, Селемджинском и Мазановском районах введен пожароопасный сезон
Система Orphus