Региональная общественно-политическая газета
Свежий выпуск: №122 (28589) от 20 октября 2017 года
Издается с 24 февраля 1918 года
22 октября 2017,
воскресенье

Фронтовик с видеокамерой: 90-летний ветеран Петр Кононенко снимает фильмы про Белогорск

Люди

«При нашей встрече вы спрашивали про мои фронтовые фотографии. Так вот, я их вам нашел!» — голос девяностолетнего Петра Кононенко на другом конце провода очень взволнован. Судорожно думаю, кого бы с оказией отправить в Белогорск, чтобы получить копии ценных снимков. «Да не беспокойтесь, я их вам прямо сейчас на Ватсап отправлю!» — и в этом весь Петр Александрович. В 17 лет паренек с Донбасса прорвал блокаду Ленинграда. В 18 — освобождал Дальний Восток. В 60 — завел пчел и подсобное хозяйство, а в 85, когда врачи запретили ему водить машину, продал автомобиль, купил компьютер и стал монтировать фильмы о Белогорске. «Разве может быть трудно, если тебе это интересно», — таков девиз этого необыкновенного человека, с которым встретились корреспонденты АП.

  • Петр Александрович разбирается в современной технике не хуже молодежи.

На коне и с шашкой наперевес

Невысокий, но удивительно подвижный человек с фотокамерой и штативом наперевес, который, как ребенок, интересуется всем, что происходит на улице, похоже, никого не удивляет в Белогорске. Да и в душе 90‑летний Петр Кононенко все тот же семнадцатилетний мальчишка, которому при прорыве блокады Ленинграда в руки попал таинственный чемоданчик немецкого фотокорреспондента. Именно с трофейного «Юкона» началась его фотоистория, летопись войны и мирного Белогорска.

Вся жизнь этого удивительного человека аккуратно разложена по полочкам и по папочкам. Книги о великих полководцах, альбомы с фотографиями, пронумерованные согласно прожитым годам, диски с кинохроникой. А над стеллажами возвышается портрет героя, написанный местным художником. «Вот только меня здесь слишком строгим изобразили, а я не такой, — улыбается Петр Александрович. — Но на коне и с шашкой — это да. К лошадям любовь с детства. Пацаном за пайку хлеба в колхозе работал, который коней для Красной армии разводил. Между Доном и Миусом табуны водил».


 

Нам объявили: в батарею придет 12 девушек-ленинградок. Мы захорохорились. Приходят девчата — боже мой: худющие, черные от горя, острижены наголо.


 

В домашних архивах родословная семьи Кононенко начиная с восемнадцатого столетия. Выйдя на заслуженный отдых, неугомонный пенсионер по крупицам собирал ценные материалы, писал письма в разные инстанции. Говорит, что не успокоится, пока не получит секретные «расстрельные» документы кровавого террора 30‑х годов прошлого века.

Казачий набор Петра Кононенко. Фото: Андрей Ильинский

— По отцу мы донские казаки, по маме — запорожские, — рассказывает Петр Кононенко. — Дед при Александре II участвовал в Крымской войне, награжден четырьмя Георгиевскими крестами. После Крымской войны три брата и две сестры купили 60 десятин земли в урочище Волчье в районе нынешнего Дебальцева (Донецкая область) и основали хутор Волчановка. После рождения первого сына Григория, в 1864 году, назвали Новогригорьевкой. Оттуда наш род. В 1937‑м моего деда арестовали по ложному доносу и отправили в Зейский район. Домой он вернулся перед самой войной.

Жизнь — не кино

Жизнь моего режиссера-любителя совсем не похожа на кино. Родился в 1926 году в вышеупомянутой Новогригорьевке, был самым старшим в семье. Когда Пете исполнилось шесть лет, на Украине начался голодомор.

— Станислав Косиор, не к добру будучи упомянут, ради того, чтобы попасть в ЦК, собрал в Украине всю пшеницу и зерновые и отправил в Россию, — вспоминает Петр Александрович. — Население вымирало от голода, доходило до каннибализма. Мы выжили только потому, что у отца было ружье и он стрелял по воробьям, которые прилетали на конный двор. Принесет два-три воробушка на суп — мама сварит на всех. Мы ловили сусликов, собирали гнилой бурак. До сих пор начинает тошнить, как посмотрю на свеклу. Почти не ем ее с тех пор. Но мы выжили, никого из детей не потеряли.

Ленинградский фронт, февраль 1944 года. Командиры орудий. Справа — Петр Кононенко.

О том, что пришла война, 14‑летний подросток понял, когда на улице дико завыли собравшиеся у единственной на весь поселок «тарелки» бабы. Затем начались обстрелы.

— В ноябре 41‑го я пошел в шестой класс. Учительница собрала нас всех и говорит: «Ребята, сегодня уроков не будет. И вообще больше не будет. Мы, наверное, уже с вами не встретимся никогда». На этом мое обучение закончилось, школу закрыли, нас распустили по домам, — продолжает ветеран войны. — Второго декабря в Новогригорьевку пришли немцы. Стояла такая бомбежка, сирены выли! А потом наступила зловещая тишина. Через некоторое время дверь в хату открывается пинком и заходит немец. Нас в доме деда на краю села (остальные были разбомблены) пряталось 11 детей, куча взрослых. Всех выгнали босиком на крыльцо под прицел пулемета. Пулеметчик на ломаном русском объясняет: «Езли здесь будет русский зольдат, всем алес капут». Дом проверили, после этого разрешили зайти. Оставили одну комнатенку, все остальное заняли немцы. Потом и вовсе переселили в погреб и сарай. Все, что у нас было съестного, отобрали.

Вот так и жили. За домом — поле. За ним — железная дорога. За ней — Красная армия. Идет перекрестный обстрел. Так и стоял рядом фронт до 10 июня 1942 года.

От Ладоги до Амура

После освобождения села выживших подростков забрали в артиллерийскую школу в город Попасна (Луганская область). Там в январе 1943 года Петя и узнал, что в Сталинграде погибли его отец и два дяди. В семью разом пришли три похоронки. «Я к начальнику училища: отправляйте на фронт, хочу отомстить. Отвечают: закончишь училище — мсти на здоровье. А из окна эшелоны один за другим уходят на фронт. Говорю, тогда убегу спрячусь под брезентом. Отвечают: поймают и расстреляют как шпиона», — вспоминает защитник родины.

31 декабря 43‑го года парню исполнилось 17. Не выдержав натиска, его отправляют на прорыв блокады Ленинграда в артполк наводчиком. В Тосно его эшелон был разбомблен — так началась война для Петра Кононенко.

— Вагоны разбросаны, паровоз — посреди железной дороги. Сотни раненых, — делится солдат Победы. — Кто уцелел, тому выдали патроны, гранаты, сухой паек — горсть фундука, кусочек сала, два сухаря и пару кубиков гречневой каши. Тут же содрали мазутную паклю с вагонов, подожгли, подогрели воду, разжевали соленую кашу — и пешком до Ленинграда. На рассвете мы прорвались в город — будто фильм ужасов: дома с пустыми глазницами, разрушенные куски здания заделаны фанерой. В одном из районов зашли в уцелевший барак, а там скелеты, в том числе и маленькие дети. Рядом кладбище, все в могилках. На них вместо столбиков либо винт от самолета, либо руль от машины. Нам объявили: в батарею придет 12 девушек-ленинградок. Захорохорились, стянули свои разлезшиеся гимнастерки, начистили пуговицы и бляхи. Приходят девчата — боже мой! Худющие, черные от горя, острижены наголо. Так что вместо ухаживаний мы сами голодали, а девчонкам свою пайку отдавали. Через два месяца те отъелись, такие красотки стали.

Ленинградский фронт.  Бойцы. Фото: Петр Кононенко

После этого двинулись на Карельский перешеек освобождать Ленинградскую область. Был получен приказ за 10 дней взять Выборг. В тех топях и болотах Петра и контузило. В госпитале зашили и через десять дней снова вернули в строй. 16 апреля 1945 года солдат и орудия погрузили в эшелоны и отправили на Дальний Восток. В Малиновке Бурейского района встретили победу. «Роем окопы, дети идут в школу и говорят: «Дяденьки, чего вы копаете?! Война‑то уже кончилась». Счастливее этого момента у меня в жизни ничего не было», — признается ветеран.


 

«Я полюбил Дальний Восток, Амурскую область, которая стала моей родиной. Я не знаю, почему люди боятся нашего края. Если есть руки, голова, работают мозги — жить здесь можно хорошо. Наголодавшись в детстве на Украине, пережив тяготы и лишения войны, видя в юности много горя и крови, я всю жизнь прожил хорошо. Что еще человеку для счастья надо: сад-огород, любимое дело, да и еще жену хорошую», — говорит Петр Кононенко, почетный житель Белогорска.


 

Потом были бои на китайской стороне и форсирование Амура. После разгрома Квантунской армии Петр Кононенко решил остаться в Приамурье.

— Мать пишет: нет ни продуктов, ни жилья, разруха, — вспоминает мой собеседник. — Опять траву едят. А здесь предлагают остаться, дают работу и подъемные. Можно встать на ноги. Здесь рыбалка и охота. По сравнению с Украиной здесь люди жили хорошо. Пошел служить в Белогорскую танковую часть. Через три года поехал на родину, забрал маму, троих братьев и сестру. И никогда о своем решении не пожалел. Вышел на пенсию, завел дачу, пчел, кур, порося и даже лошадь. Здесь моя родина, здесь мой родной город, здесь я хорошо прожил всю свою жизнь. А знаете, какое мое любимое место? Когда сверху с горы смотришь на Томь — аж дух захватывает!

А я не подарю свой чемоданчик

Всю свою любовь к Белогорску Петр Кононенко выражает в документальной хронике. А началось его увлечение с немецкого трофея. Первые свои фотографии он сделал при освобождении Ленинградской области.

— После боя мне в руки попался немецкий чемоданчик, — вспоминает фотограф и оператор с 74‑летним стажем. — Внутри была настоящая фотолаборатория. Маска, рукава, бумага, проявитель, закрепитель и фотоаппарат, гармошка «Юкон Цейс». Я тогда еще не понимал, что это за штука, многие клянчили, но трофей нельзя отдавать — плохая примета. Потом к нам приехал корреспондент газеты «На защиту Родины». Узрел, давай выпрашивать. Нет, говорю, лучше расскажи, как им пользоваться. Начал пробовать, и до того затянуло. С тех пор сменил несколько фотокамер, потом появилась кинокамера, видеокамера. С появлением цифры стал осваивать компьютер, а что еще мне, пенсионеру, делать? В 2007 году врачи запретили водить машину — мол, возраст. На даче работать не могу, одна радость — мое увлечение, начавшееся еще в Великую Отечественную войну.

Добавить комментарий

Забыли?
(Ctrl + Enter)
Регистрация на сайте «Амурской правды» не является обязательной.

Она позволяет зарезервировать имя и сэкономить время на его ввод при последующем комментировании материалов сайта.
Для восстановления пароля введите имя или адрес электронной почты.
Закрыть
Добавить комментарий

Комментарии

Комментариев пока не было, оставите первый?
Комментариев пока не было
Комментариев пока не было
Комментариев пока не было

Материалы по теме

Амурская семья узнала о деталях гибели пропавшего в Великую Отечественную войну родственникаАмурская семья узнала о деталях гибели пропавшего в Великую Отечественную войну родственника
Опрос АП. Как Великая Отечественная война коснулась вашей семьи?Опрос АП. Как Великая Отечественная война коснулась вашей семьи?
Жительница Белогорска получила письмо от отца спустя 74 года после его гибели
Нина Релина пила шампанское с Хрущевым и работала с отцом Шойгу
101-летний экс-амурчанин создал музей в белорусском интернате ветеранов войны и труда
Жизнь и любовь доктора Сачкова: пенсионер из Зеи пишет книги о сильных людях и родном севере
«Самое страшное на войне — убивать своих»
Дети войны отдавали последнее фронту
Боец невидимого фронта: как благовещенка стратегический запас Родины сберегла
Поцелуй «Ночной ведьмы»: как амурчанин познакомился с командиром легендарного полка бомбардировщиц

Петр Александрович разбирается в современной технике не хуже молодежи.Петр Александрович разбирается в современной технике не хуже молодежи.

Фото: Андрей Ильинский

Гороскоп на 22 октября: Козерогов ждет вечернее свидание, а Рыбам лучше остаться домаСоветы
Обильный снегопад добавил работы амурским дорожникамОбщество
Самые красивые девушки поборются за звание «Мисс Свободный — 2017»Общество
На второй Большой этнографический диктант ждут около ста тысяч человекОбщество
Долгим новогодним каникулам больше радуются россиянки без детейОбщество
Мощные звездопады накроют Землю этой осеньюОбщество

Читать все новости

http://fartov.org/

Люди

У нас просто любовь: благовещенская жена курсанта из Конго прокомментировала ажиотаж вокруг свадьбы У нас просто любовь: благовещенская жена курсанта из Конго прокомментировала ажиотаж вокруг свадьбы
Глава Амурского филиала «Ростелекома» — об интернетизации глубинки, облачных сервисах и критике
12-летний пасечник: как школьник из Зеи собрал урожай мёда
Михаил Пивень: «Денег нет, а мы танцуем»
Журналист АП победил во Всероссийском конкурсе «МедиаТЭК-2017»
Система Orphus