Региональная общественно-политическая газета
Свежий выпуск: №92 (28856) от 12 сентября 2019 года
Издается с 24 февраля 1918 года
17 сентября 2019,
вторник

Сергей Новожилов: «Я никогда так сумасшедше не жил»

Президент фестиваля «Амурская осень» о детстве, комсомоле, кино, дружбе и единственной любви

Люди

Мы встретились с Сергеем Новожиловым в кафе у набережной Амура в Благовещенске — на интервью за чашкой чая. Про то, что сегодня воскресенье, он даже не вспомнил. Президент «Амурской осени», как всегда, живет в сумасшедшем графике: бесконечные переговоры, звонки, эфиры. «Мы будем говорить о фестивале?» — бодро поинтересовался Сергей Владимирович. «Нет, мы будем говорить о вас», — после моего ультимативного ответа он немного растерялся. Невероятно, но в интернете нет даже короткой биографии Новожилова. Пресс-конференции, интервью о кино, театре, фестивале — но только не о себе. И он согласился. Больше двух часов Сергей Владимирович рассказывал о родителях, детстве, мечтах о кино, комсомоле, любви, победах и потерях. Всем том, без чего не было бы сегодня того самого Новожилова — президента, продюсера, киноведа и большого друга артистов. Сегодня, 29 июля, в 60-летний юбилей главного человека «Амурской осени», мы публикуем первое  интервью-исповедь Сергея Новожилова. 

 Удивительное детство

— Я родился в маленьком городе Сычевка Смоленской области. Моя мама оттуда, а отец — архангелогородец. Они познакомились в Архангельске в лесотехническом институте. После окончания поженились и уехали по распределению на лесозавод в Сыктывкар, столицу Коми. Но мама меня и моего младшего брата уезжала рожать в Сычевку. Детство до седьмого класса прошло в Сыктывкаре. Вспоминаю этот период очень тепло, потому что на севере люди другие совершенно. Мы жили в доме на улице Ленина: два подъезда, 36 квартир. И все друг друга знали. Помню, летом старшие ребята выводили нас, пионеров, на зарядку. Мы вечно устраивали какие-то дворовые спектакли. В общем, это было удивительное детство. Конечно, на севере было сложно с продуктами — до сих пор помню, мы стояли зимой за яйцами. Очередь была человек 300. Каждая мандаринка в подарке на Новый год воспринималась как большое счастье.

Маленький Сергей Новожилов с мамой Марией Ивановной. 

В 1972 году мы переехали в Калинин (Тверь. — Прим. АП), в седьмой класс я пошел в новую школу. Мне было очень тяжело: переходный возраст, все друзья остались там. Тем более я — Лев по гороскопу, достаточно сильный, но закрытый человек, сложно схожусь с людьми, все переживания держу в себе. Но у Судьбы ничего не бывает случайного — переезд сыграл для меня положительную роль. В Сыктывкаре я учился в спецшколе, мы со второго класса изучали английский. В первых классах я был отличником, а потом, как и у всех: улица, друзья, троечки пошли. Мне до сих пор стыдно вспоминать, как преподаватель английского Галина Васильевна Орлова сказала классу: «Ну что, неучи, вот пришел мальчик, который даст вам фору!» Я помню, как внутри весь сжался. И этот момент стыда подстегнул к учебе — надо было заниматься и подтягиваться. Десятый класс я окончил с аттестатом 4,5.

Мечтал о кино — попал в комсомол

— Я много чем увлекался: четыре года на фортепиано, неплохо рисовал, бегал на лыжах. Собирал открытки, марки, значки. Хотел стать биологом, зоологом, одно время — строителем. А потом начал смотреть кино и собирать фотографии артистов. Они до сих пор у меня дома хранятся. И с этого увлечения пришел к мысли, что кино — это мое. Но артистом быть не хотел — какое там кино с моим зажатым характером! Просто хотел «вариться» во всем этом удивительном процессе. Что, собственно говоря, и произошло.

После школы в 1976 году я решил поступать на исторический факультет МГУ. Мама говорила: «Куда ты едешь?!» Не поступил — не прошел по сочинению. Вернулся и поступил на вечерний юрфак Калининского университета. Учеба на юридическом окончательно убедила меня, что юристом быть не хочу — и в 1977 году поступил на истфак Калининского университета. У нас был замечательный курс, до сих пор со многими общаюсь. В то время историки были кузницей всех партийно-комсомольских кадров. Окончил учебу с красным дипломом, и мне вдруг предложили должность секретаря комитета комсомола университета. Подумал, что комсомольская работа — это мое.

Но вот что значит Судьба. Я был командиром стройотряда, мы строили Дворец спорта в Калинине. И вместе со студенческой агитбригадой ездили по области с концертами. И так получилось, что однажды ребятам заплатили деньги за выступление. Я не увидел в этом ничего зазорного — тогда студентам на стройках платили, это не запрещалось, все зарабатывали. Но донесли ректору, даже знаю, кто настучал. лыбается.) Сначала меня вызвал ректор, и я понял низость своего падения. Потом меня обсуждали на бюро обкома комсомола — а я уже был членом партии. И на меня этот партийный суд произвел такое эмоциональное потрясение, мне это показалось так несправедливо, что со мной случился обморок — я упал прямо во время заседания. Все жутко перепугались, меня увезли в больницу.

Стресс был очень сильным. Две недели пролежал в Калининском психоневрологическом диспансере. Мне поставили диагноз «невроз эмоциональной неустойчивости от сильного переутомления». И врач мне сказала: вообще забудьте об активной деятельности, ваш удел — тихая спокойная работа. В советское время все эти «психушки» были особыми местами — там лежали интересные творческие люди, художники, писатели. На сеансах трудотерапии мы клеили коробочки вместе с людьми с синдромом Дауна. Это, помню, были странные ощущения.

Первая кинозвезда

— После этого случая меня в университете освободили от должности секретаря комитета комсомола. Потом все поняли, что перегнули палку, но никого не осуждаю. Если бы не было этой истории, наверное, я бы так и остался каким-то партийным функционером и жизнь пошла бы по другому пути.

После больницы собрался в армию, но с таким диагнозом меня не взяли. Я оказался не у дел. Отец в то время был председателем райисполкома центрального района Калинина. Он позвонил другу — главному архитектору города — и меня приняли в отдел. Занимался историей градостроения города, фотографировал старые здания. И там меня опять избрали секретарем комитета комсомола.

И вот в архитектурном управлении опять вспомнил про кино. На семинаре комсомольских работников выступала замечательная женщина — Таисия Павловна Долгова. Она работала в политехническом институте, вела занятия на факультетах общественных профессий. Через общество «Знание» она привозила в Калинин звезд советского кино и устраивала творческие вечера. Таисия Павловна была знакома с Высоцким и другими известными артистами.

Уже не помню, как решился, но подошел к ней и признался, что мне интересно кино. А она сказала: «Так чего ты сидишь и ничего для этого не делаешь? Завтра приезжает Вера Кузьминична Васильева, ты ее встретишь!» У меня все во рту пересохло. Вера Кузьминична стала первой актрисой, с которой я познакомился. Интеллигентнейший человек, она произвела на меня совершенно удивительное впечатление. Подумал: это знак — наверное, приближаюсь к своей мечте! Кстати, до сих пор храню фотографию Веры Васильевой с автографом.

И после этого через общество «Знание» начал привозить в Калинин актеров: так познакомился с Женей Симоновой, Олегом Янковским, Виталием Соломиным и другими. Со многими потом в Москве встречались, пересекались по делам. А вот три моих самых близких человека — Вера Глаголева, Андрей Харитонов и Лидия Николаевна Смирнова — тогда ни разу не приехали. Но судьба нас свела все равно — мы стали дружить после первого фестиваля «Созвездие» в Калинине.

Потом в управлении кинофикации облисполкома образовалось свободное место. Тогда кино в области занимались кинопрокаты, а управление отвечало за пропаганду искусства, распределяло, какие фильмы показывать первым, вторым экраном. И Таисия Николаевна порекомендовала меня на вакансию старшего методиста по художественному кино. Я был на седьмом небе от счастья! Меня, конечно, мучило, что у меня нет киношного образования, но я был максимально близко к своей мечте — кино.   

С Майей Булгаковой. «Потрясающая актриса, удивительная женщина. Мне посчастливилось пересекаться с ней по работе последние десять лет ее жизни. Это всегда было ярко и талантливо», — говорит о ней Сергей Новожилов. 

Начал договариваться и привозить на творческие встречи в Калининскую область огромное количество артистов: Игорь Костолевский, Володя Шевельков, Нина Николаевна Ургант, Ивар Калныньш, Любовь Ивановна Виролайнен, Вия Артмане, Витя Проскурин, Валечка Титова. Саша Белявский и Юра Васильев, которых уже нет.

Да, просто искал телефоны и звонил. Тогда было легче пригласить артиста — это не нынешние звезды с их сумасшедшими гонорарами. Оплата шла через «Знание». Были ставки, все актеры были тарифицированы: каждый делал программу. Актер не мог выходить на сцену без номера. Валя Талызина часто рассказывает, что Новожилов ее подкупил тем, что все платили ставку, а он пообещал ставку с четвертью. (Смеется.)  Мы делали много встреч, артистам было выгодно ездить. С тех времен многие остались верными друзьями.

Первая любовь

— Я постоянно мотался между Москвой и Калининым —  уже работал уполномоченным бюро пропаганды киноискусства по Калининской области. С тех пор ненавижу электрички, потому что просто жил в них. Мама будила меня в пять утра, чтобы успеть занять место в вагоне. Порой не успевал и ехал 2,5 часа стоя: туда и обратно. Но по молодости чего только не выдержишь. И в это время я как раз привез в Калинин Лену Цыплакову. Был безумно влюблен в нее после фильма «Школьный вальс». Такая юношеская история. Студентом истфака посмотрел фильм и дал себе слово, что обязательно познакомлюсь с этой актрисой.

И в то время нашел ее телефон, позвонил, она приехала в Калинин —  и мы познакомились. Конечно, не признался о своих чувствах. Помню, поздно ночью провожал ее обратно на электричку в Москву. Все было как в кино: Лена стояла в вагоне, закрывались двери, и сказал ей: «Цыплакова, ты будешь либо моей женой, либо ничьей». Такой прям пафосный киношный кадр. меется.) Она так смешно посмотрела на меня. Ленка это помнит. 

С тех пор мы очень дружим. Хотя моей женой она не стала — у нее своя жизнь, семья. Но я однолюб по жизни — либо все, либо ничего. Вот поэтому, наверное, так один и остался. Лена для меня еще очень ассоциировалась с моей мамой — они обе по гороскопу Скорпионы и Собаки. Лена — сильный человек, и я сильный. Не могу, чтобы мной командовали, тем более женщина. Наверное, все произошло так, как и должно. Тем не менее  мое уважение, дружба и симпатия к Лене Цыплаковой остались на все эти годы. В прошлом году делал ей очередной юбилей. Если честно, никому об этом не рассказывал. 

Студент ВГИКа 

— Позже на киносеминаре в Вологде познакомился с Аллой Николаевной Золотухиной, она преподавала киноведение во ВГИКе. Мы стали очень крепкими друзьями, и она мне все время говорила: «Сергей, а почему вы не пытаетесь дальше двигаться?» И она сподвигла меня к мысли поступить в аспирантуру. Оказывается, историки и филологи, помимо киноведов, имели право сразу поступить в аспирантуру, минуя учебу. И в 1985-м поступил на заочное отделение ВГИКа к светиле киноведения, знаменитому профессору Ростиславу Николаевичу Юреневу. Причем поступил легко, на какой-то эйфории.  Отучился, но не защищался. Потому что мне предложили тему кандидатской «Производственное кино на экране 80-х». Тоска смертная! В стране уже началась перестройка, мне хотелось заниматься эмигрантским русским кино во Франции. Мой диплом и предполагаемая кандидатская, как историка, были о русской эмиграции в Восточной Европе. А я так устроен, что не могу заниматься тем, что мне неинтересно — поэтому из ВГИКа тихо скрылся.

Не расстанусь с комсомолом 

— В то время все думал, как мне оказаться в Москве: прописки не было, а без нее никуда не устроиться. Фиктивно жениться не хотел, хотя предложений была масса. И так сложилось, что в 1987 году на телевидении подружился с автором «Кинопанорамы» Ксенией Борисовной Марининой. «Кинопанорама» — это было «о-ля-ля» на советском телевидении! И она порекомендовала меня как соведущего на канал «Добрый вечер, Москва!» (сейчас это ТВЦ) в программу «Вечерний сеанс». Мы вели втроем: я, Дуня Смирнова и Юрий Гейко. Обсуждали взгляд зрителей на новые фильмы. На запись ездил из Калинина. Потом Юра с Дуней ушли, я остался один и вел «Вечерний сеанс» пять лет.

И в декабре 1987 года мой товарищ Сережа Половинкин решил меня порекомендовать в ЦК комсомола. Я подумал, что это шанс! Потому что это квартира, прописка, карьера, зарубежные командировки. Прошел долгий процесс собеседований и срезался, вы не поверите, на чем — на том, что я не знал, где мой комсомольский билет. Уже пять лет был членом партии. Но мне сказали: вы же идете на работу в ЦК комсомола — покажите ваш комсомольский билет! Верите, Лена, приехал домой, мы с мамой перерыли все — и не нашли. Ходил в райком, но там его тоже не было. До сих пор не знаю, где он. меется.) Меня не утвердили. Я был в шоке. Все рухнуло. 

«В 90-е я придумал первый фестиваль киноклубов. Были такие интересные образования, где интеллигентные люди собирались и смотрели кино, которое было недоступно массовому зрителю».

Но до сих пор благодарен заведующему отделом культуры ЦК комсомола Михаилу Алексеевичу Шмойлову. Он меня прикомандировал к отделу внештатным сотрудником. Мне оплачивали номер в гостинице «Юность», а зарплату получал в Калинине. Так продолжалось полгода. За это время побывал в Польше, Румынии, Чехословакии, Югославии. Мы привезли в Европу «Маленькую Веру» — был большой скандал, после этого пошел шум вокруг этой картины. В общем, жил очень бурной жизнью, параллельно вел программу на телевидении, в Калинин ездил только за зарплатой. Мне было ужасно неловко. В конце концов пришел и сказал, что не могу так.

Тогда в Союзе кинематографистов образовалось Всесоюзное объединение молодых кинематографистов — и меня сделали оргсекретарем. Меня прописали в общежитии в Коломне, а жители Подмосковья могли работать в Москве. Уволился из Калинина и снял квартиру в Москве. Сидели мы на Васильевской в знаменитой «пятой комнате».

В декабре 1988 года создалась Гильдия актеров. И я предложил Жене Жарикову, царство ему небесное, создать фестиваль — в Калинине! Все-таки хотел что-то сделать для города. И в феврале 1989 года мы провели первый фестиваль актеров советского кино «Созвездие». Я был заместителем генерального директора фестиваля. Это было время такого энтузиазма, когда актеры сами обзванивали своих коллег: на первое совещание пришли Андрей Васильевич Мягков, Людмила Михайловна Савельева, Лиечка Ахеджакова. Были все: от Николая Афанасьевича Крючкова и Олега Янковского до Леонида Ярмольника и Донатаса Баниониса. Нонна Мордюкова, Марина Ладынина, Всеволод Санаев, Клара Лучко, Леня Филатов, Наташа Негода и Софико Чаурели. 200 артистов! Город стоял на ушах! Была перестройка — время надежд. Все надеялись, что и гильдия, и фестиваль позволят расширить актерские права. Все бурлило, все жили ожиданием перемен. Стали разрешаться запрещенные книги, фильмы. Эти ощущения были фантастическими.

Фестиваль «Созвездие» оказался стартом! Через год в ЦК комсомола снова обратили на меня внимание и утвердили. Думал, что скрывать, что получу квартиру в Москве. Первые два года иногда ночевал на стульчиках в «пятой комнате» или на Белорусском вокзале: ездить домой сил не было, а проситься ни к кому не хотел (квартиру Новожилов получил через 5 лет — на первом этаже многоэтажки в Митино. — Прим. АП). Наверное, если бы это не пережил, сейчас бы не относился к каким-то вещам по-другому.

От «Киношока» до «Амурской осени»

— Когда Советский Союз рухнул, я опять остался у разбитого корыта. Без квартиры — снимал жилье у племянницы замечательной актрисы Лидии Николаевны Смирновой (знаменитая сваха в «Женитьбе Бальзаминова»). Мы с Ирой Шевчук создали свой центр и стали думать о своем фестивале. В феврале 1992 года приехали в Анапу, пришли с идеей фестиваля к Валентину Дмитриевичу Машукову, который возглавлял городскую администрацию. Он нас выслушал и сказал устало: «Ребята, я вам мешать не буду, но и помогать тоже». В стране все было сложно. Помню, когда мы искали гостиницу для фестиваля, пришли в один из санаториев: и там вместо чашек для чая давали баночки из- под майонеза. Вот такое было время. Но мы создали «Киношок», счастливо прожили 11 лет, но потом наши пути разошлись. Мне захотелось своего.

А в 2002 году Валентина Илларионовна Талызина, как неоднократно рассказывал, познакомила меня с амурскими журналистами Сергеем Логвиновым и с Александром Ярошенко (с Сашей дружу до сих пор). Пригласил их на «Киношок», а потом они в знак благодарности пригласили меня в Благовещенск.

Прилетел в августе 2002 года — первым меня встретил у самолета директор областной филармонии Алексей Самарин. Ребята познакомили меня с мэром Александром Михайловичем Колядиным. И мы провели «Эхо Киношока» на Амуре. Тогда и не думал, что он станет фестивалем. Все прошло потрясающе! Приехали Наташа Крачковская, Андрей Руденский, Георгий Степанович Жженов, Инна Владимировна Макарова, Наташа Варлей, Оля Будина, Наталья Аринбасарова. Не всех назвал. Помню, когда мы шли от мэрии до филармонии, даже курсанты ДВОКУ, стоявшие в оцеплении, брали автографы у артистов.  

Спустя год создал свой фонд, но не понимал, что делать. И был в то время в правительстве такой человек — Юрий Константинович Титов. Он помог мне пробить в Минкультуре России финансирование первого фестиваля на Дальнем Востоке. Мы приехали к Александру Михайловичу Колядину — и город нас очень сильно поддержал. С этого начиналась «Амурская осень». Кстати, название, наверное, сам придумал — врать не буду.

2003 год. Открытие первой «Амурской осени». Сергей Новожилов с актрисой Инной Макаровой. 

Первый десант был очень мощный — около 100 человек. Церемонию открытия на стадионе «Юность» мы вели с Ларисой Гузеевой. Первые два года было зрительское киножюри, потом профессиональное. Еще через год пришла идея конкурса антрепризы — понимал, что увлеченность Китаем у актеров быстро пройдет. А антреприза позволяет нам привозить новые имена. Благовещенск за эти годы повидал столько звезд! Мне иногда обидные вещи говорят: «Привезите кого-то новенького, а то все одни и те же!» Не соглашусь, мы обновляем состав. Но невозможно каждый год привозить новых артистов — сейчас другая экономическая ситуация.

Первые годы все крутили у виска — зачем проводить фестиваль в Амурской области?! Марк Рудинштейн на второй год прилетел посмотреть, зачем сумасшедший Новожилов сюда поехал. Никто меня не понимал. Потом уже Света Крючкова пошутила: «Все ехали на Запад, а хитрый Новожилов поехал на Восток». Кто мог подумать, что сейчас Россия будет так разворачиваться в сторону Востока.

Фестивали с протянутой рукой 

— Если до 2013 года мы еще как-то концы с концами сводили, то тот год — год наводнения в Амурской области — не забуду никогда. Область и Олег Николаевич Кожемяко не смогли нам помочь — мы отказались от средств областного бюджета, нас никто бы не понял. Благодарен всей дирекции фестиваля, которая работала бесплатно, и всем жителям, которые тогда нас поддержали. У меня тоже была минутная слабость: надо ли в такой период устраивать «Амурскую осень»? Помню, мы с Самариным поехали по затопленным территориям и познакомились с бабушкой, у которой Зея затопила дом и огород. Мне вдруг стало так стыдно: какой фестиваль?! Спросил, что она думает. И бабушка сказала: «Да что вы, если вы не приедете, у нас вообще никакой радости не будет!»

Та ситуация не прошла без последствий для здоровья. После церемонии открытия меня увезли в больницу. Леша Самарин посмотрел на меня за сценой и сказал: если не поедешь, то мы тебя потеряем. Очень благодарен благовещенским врачам — откачали довольно быстро. Была сложная ситуация со спонсорами, фестиваль получил минус 9 миллионов рублей. Влез в кредиты, долго раздавал долги — еще не все раздал. В 2013 году понял: чтобы выжить, надо срочно проводить другие фестивали. Поэтому, когда на форумах меня называли «клещом на теле Амурской области», было безумно обидно. Но, с другой стороны, эта ситуация показала, кто друг, а кто просто попутчик. Сейчас это уже в прошлом.

В 2013 году по «звездной дорожке» фестиваля впервые прошли не только артисты, но и спасатели, работавшие на ликвидации последствий наводнения в Приамурье. 

Никакого бизнеса не делаю — какой тут бизнес, к черту? При ценах на авиабилеты из Москвы в Благовещенск мы каждый раз копейки сводим. Доказывать ничего не собираюсь... Обидно, конечно, когда обыватели, которые даже не знают, как тяжело организовать фестиваль, критикуют. Мы работаем год, чтобы привезти достойную программу. 

Но пока этим занимаюсь — 17 лет жизни просто так не выкинешь. Может быть, когда-то терпение лопнет. У меня уже семь лет фестивалю в Латвии, 7 лет «Провинциальной России», Ира Шевчук уговорила вернуться на «Киношок». Знаю, что много людей ждет «Амурскую осень». Мне кажется, благодаря ей о Благовещенске узнали в стране — это один из крупнейших фестивалей и единственный — кино и театра.

Сегодня всем фестивалям тяжело. В России 150 фестивалей, а получают финансирование от Министерства культуры — 40 или 50. А хотят-то все. И тем, кто получает, денег не хватает. Надо все время искать спонсоров и партнеров. Это очень сложно — ходить с протянутой рукой. Я очень признателен министру по развитию Дальнего Востока и Арктики Александру Александровичу Козлову, правительству Амурской области и губернатору Василию Александровичу Орлову, министру культуры Амурской области Ольге Юрковой, мэру Благовещенска Валентине Сергеевне Калите, мэру Шимановска Павлу Викторовичу Березовскому, директору Амурской областной филармонии Ольге Николаевне Смирновой, директору Общественно-культурного центра Благовещенска Надежде Ивановне Багровой, директору музея Русского искусства в Харбине Лю Мин Сю, руководителю авиационного агентства «Моисей» Валентине Яковлевне Гуровой и генеральному директору «Амурского медиацентра» Руслану Дубу. 

Очень благодарен партнерам, которые со мной долгие годы — Коле Москаленко, это просто мой друг. Александру Яковлевичу Федорчуку, который ко мне очень хорошо относится. Олег Имамеев, Игорь Иванович Ротарь, Вера Халина, Лера Гущина. Очень небольшой круг, но они верят и помогают. Спасибо моему врачу-психотерапевту Ивану Филимонову, который со мной уже 25 лет.   

«Вера, прости!»

— Дружба среди артистов точно есть. По крайней мере, мне очень везло. Для меня был очень сильный удар, когда не стало Веры Глаголевой. Мы называли друг друга братом и сестрой, потому что в 90-е многие тяжелые моменты пережили вместе. В том числе когда Радик (Родион Нахапетов, режиссер и первый муж Глаголевой. — Прим. АП) уезжал в Америку и Вера осталась одна с двумя дочками. Я знал, естественно, о ее болезни — она боролась 12 лет. И в тот год в конце июня — начале июля была свадьба у дочки Веры Насти и Саши Овечкина. Мы с Верой встретились на Московском кинофестивале на картине Рустама Хандамова «Мешок без дна», она пригласила меня на свадьбу — пообещал быть.

В тот день летел с фестиваля в Испании, была задержка рейса, приехал поздно и подумал: куда потащусь на ночь глядя?! Позвонил и сказал: «Верка, прости!» Если бы только знал, что это был наш последний разговор. А потом подошел мой день рождения. Не было года, чтобы Вера не позвонила. Она не позвонила. И решил: обижусь-ка на нее. Нельзя обижаться на близких людей. Прошло 10 дней, думаю: странно, сестра не звонит. Решил позвонить сам. Трубку взяла не она. Сказали, что Вера в Италии, у нее тяжелый приступ. Уже потом ее отвезли в Германию.

Я находился на фестивале в Латвии, когда позвонил ее муж Кирилл и сказал: «Веры не стало»... (останавливается, молчит, вытирает слезы. — Прим. АП). Он попросил меня провести панихиду. Я улетел из Латвии на один день и провел... Смерть Веры меня морально подкосила, у меня было депрессивное состояние. Даже уход родителей воспринял более спокойно — все-таки возраст, это неизбежно. А тут потерял человека, с которым столько прожил, продружил, проработал.

Астрология и мистика 

— Я — человек мистический, очень люблю астрологию. Мне каждый день приходит личный гороскоп от астролога — у меня для этого отдельный телефон. 

В 1996 году со мной произошел такой случай. Январь, у меня все плохо и в личной жизни, и в работе. И раздается звонок из Киева от киноведа Ларисы Плетинко. Она говорит: «Сергей, только отнесись к этому спокойно. Твой портрет в журнале «Новини киноэкрана» увидела ясновидящая и сказала, что если ты не приедешь к ней в Киев, то умрешь». Ситуация малоприятная. А тогда были очень популярны экстрасенсы: Кашпировские, Чумаки, гадания на кофейной гуще.

Этот звонок во мне засел, но я не поехал. Но во мне жило внутреннее ощущение, что надо ехать. И поехал через три месяца. Встреча была назначена на два часа, а вечером должен был возвращаться в Москву. Мы с Ларисой гуляли по городу, а потом зашли в Киево-Печерскую лавру. Батюшка подарил мне деревянный крестик: обыкновенный, дубовый, на ниточке. Он 18 лет со мной был.

Оттуда мы пошли к ясновидящей — Таисии Николаевне. Да, представляете: из храма — к ясновидящей, я об этом не задумывался никогда. Таисия Николаевна работала ответственным работником Министерства сельского хозяйства Украины. Однажды у нее случилась клиническая смерть, после которой пришел дар. Мы ждали ее почти два часа, не дождались и вернулись домой к Ларисе. Я уже был в бешенстве. А потом раздался звонок: оказалось, по пути к нам трамвай, в котором ехала Таисия Николаевна, загорелся, она вернулась домой. Лариса помчалась за ней на такси. И за тот час, пока сидел один в квартире, у меня впервые в жизни возникло желание встать и выпрыгнуть из окна. Не было страха, просто непреодолимое желание. Сидел, вцепившись в кресло, и ждал. 

Зашла Таисия Николаевна — она была очень похожа на актрису Екатерину Савинову, которая играла Фросю Бурлакову в фильме «Приходите завтра». Типаж один в один! Она работала со мной два часа: в гипноз не ввела — не поддаюсь. Отмаливала, что ли. Потом задал ей четыре вопроса — и все четыре ответа в будущем сбылись. И все изменилось в лучшую сторону. Таисии Николаевны уже нет в живых. Она была для меня как ангел-хранитель.

Верю ли в Бога? Я не такой уж истовый верующий: но понимаю, что что-то есть. А вернее кто-то. Кто-то называет это Богом, кто-то высшим разумом. Я читаю свою молитву каждый день, у меня дома много икон, в том числе работы Саши Тихомирова.

Не могу позволить себе покой  

— Я из тех людей, которые не умеют отдыхать. За последние 27 лет отдыхал 3—4 раза. Хочется покоя, но не могу себе позволить. У меня по 150—200 перелетов в год. К сожалению, в нашей сфере очень многое зависит от человеческого фактора и общения. Надо самому приезжать и все решать. Я постоянно в поисках денег для своих проектов. Но работаю точно не ради денег. После аварии, когда я минуту отсутствовал (ДТП произошло в 2006 году во время фестиваля, в нем погиб актер Алексей Локтев. — Прим. АП), я потерял страх смерти и понял, что мне не нужны ни замки, ни дворцы. У меня нет ни машины, ни дачи. Я могу сидеть в обычной кафешке и есть картошку с огурцами. Надо радоваться тому, что ты жив и можешь что-то сделать. Но последние 6 лет я живу перенасыщено — я так сумасшедше не жил.

Новожилов в «Инстаграме» 

— Я очень долго пользовался кнопочным телефоном, но он все-таки сломался. Искал ему такую же замену, но в результате плюнул и купил iPhone. А мой друг и партнер Макс Колосов втихаря установил мне «Инстаграм». Я сказал: «Подождите, вы все еще пожалеете, что я там появился». меется.) В результате со своим комплексом отличника каждый день выкладываю какой-то пост. Пишу короткие тексты — вспомнил свое журналистское прошлое, шлифую язык и речь. Благодаря «Инстаграму» уже появился новый проект. Да, у меня есть откровенные посты. Но до конца правду обо мне знаю только я. Я не вру, но я дозирую. 

Что такое счастье 

— Счастливый ли я человек? Счастье — это некое короткое состояние, которое люди называют словом «счастье». Все остальное — это жизнь. И хорошо, если она приносит какой-то результат. Я испытываю счастье от состояния в работе. Счастлив, когда успешно проходит церемония «Амурской осени». 

В профессии я состоялся. А личная жизнь — сложилась, как сложилось. Я уже перестал переживать. Был период, когда я младшему брату Андрею говорил: вот ты женился раньше меня, и все — сбылась примета! (улыбается). Брат, конечно, молодец. Он так и живет в Калинине, у него дружная семья. На брате до последних дней были наши родители — они не хотели переезжать в Москву. Я все время был в разъездах, поддерживал их звонками и приездами. Очень благодарен Андрею, дай бог ему здоровья.

Конечно, одно время мне хотелось семью — чтобы все было, как у всех. Но потом понял, что иду к своей цели — реализоваться в кино. Несчастный в профессии мужчина делает несчастными всех остальных. Я это наблюдал. Женщина — это семья и дети, а мужчина — это успех, профессия. Я выбрал второе. Сейчас уже не жалею, все-таки, наверное, я проживаю интересную жизнь. А что уже жалеть? Человек приходит в жизнь один и уходит один. И жизнь действительно — такой короткий миг. 

Не ощущаю себя на 60 лет. Скорее на 45—46. И теперь себе всегда желаю здоровья, как  ни банально это звучит. Несколько лет назад с Сашей Ярошенко мы были в Австралии, и нас привели в дом престарелых недалеко от Сиднея. Фантастические условия для пожилых людей. Но именно после той атмосферы не хочу оказаться ни в какой золотой клетке. Уж лучше буду один в своем  доме и ко мне будут приходить друзья. Не хочу быть обузой и буду стараться, чтобы этого не произошло.

Что бы я сказал, если бы оказался перед Богом? «Прости меня, Господи». Мы все грешны. Есть поступки, за которые мне стыдно. Они, наверное, есть у каждого. Что-то уже невозможно исправить. А что-то стараюсь. 

Юбилей в кругу друзей 

— Мой юбилей пройдет в Доме кино в Москве — и я очень благодарен своим друзьям, которые будут со мной в этот день. Не будет никаких панегириков — мои друзья-артисты будут читать мои любимые стихи и исполнять песни. На сцене будет около 100 человек. География — от Америки до Китая. Я очень рад, что они все нашли время и приедут. Это для меня очень дорого. Наверное, все, что я делаю, — не зря. 

Добавить комментарий

Забыли?
(Ctrl + Enter)
Регистрация на сайте «Амурской правды» не является обязательной.

Она позволяет зарезервировать имя и сэкономить время на его ввод при последующем комментировании материалов сайта.
Для восстановления пароля введите имя или адрес электронной почты.
Закрыть
Добавить комментарий

Комментарии

Комментариев пока не было, оставите первый?
Комментариев пока не было
Комментариев пока не было

Материалы по теме

«Современный юмор — другой вид транспорта»: Юрий Стоянов спас «Гамлета» и поразил амурского зрителя«Современный юмор — другой вид транспорта»: Юрий Стоянов спас «Гамлета» и поразил амурского зрителя
Артисты «Амурской осени» снимают в Благовещенске криминальную драмуАртисты «Амурской осени» снимают в Благовещенске криминальную драму
Амурская осень—2019: программа конкурса антрепризных спектаклей и полнометражных фильмов
Первый журавль «Амурской осени» улетел к знаменитому Чингачгуку Гойко Митичу
Танцевали чечетку и пели на китайском: фоторепортаж с церемонии открытия фестиваля «Амурская осень»
По красной дорожке фестиваля «Амурская осень» прошли астрологи, артисты, фигуристы
Звезды «Амурской осени» ходят в бассейн, теряют паспорта и не любят майонез
Актриса Наталья Бочкарева откроет в Амурском краеведческом музее свою выставку картин
Рокеры, влюбленные и дети: программа полнометражных фильмов «Амурской осени»
Гойко Митич и Влад Канопка: кто и когда выступит в звездном шатре «Амурской осени»
Гоша Куценко на «Амурской осени» посмотрит свой фильм в именном кинокресле

Гороскоп на 17 сентября: Рыбы получат ценный совет, а Водолеи раскроют свои жаркие объятьяСоветы
Благовещенцы собрали с берегов реки Бурхановка полторы тонны мусораОбщество
Двадцать благовещенок в декрете борются за деньги на собственный бизнесЭкономика
Детский технопарк «Кванториум» заработал в СвободномОбщество
Суд закрыл загрязнявший реку прииск в ПриамурьеОбщество
Артисты «Амурской осени» снимают в Благовещенске криминальную драмуАмурская осень

Читать все новости

Люди

«Ленин был очень смешлив»: писатель Лев Данилкин написал биографию вождя, которого мы не знали «Ленин был очень смешлив»: писатель Лев Данилкин написал биографию вождя, которого мы не знали
Без ног на скейте: Юрий Дудь написал об экс-амурчанине Максиме Абрамове
Благовещенец нарисовал граффити на стене 20-этажного дома в Подмосковье
Директор детского технопарка вырастила тыкву весом 111 килограммов
Главный маркшейдер  Березитового рудника: «На скорую руку у нас действовать нельзя»
Система Orphus