Отец Олег освящает награды для десантников.Отец Олег освящает награды для десантников.

От лица православной церкви двум ветеранам Великой Отечественной войны, бывшим десантникам, будут вручены медали — образы Албазинской Божией Матери. На груди еще у семи амурчан засияет почетный знак «Во славу российского воинства».

Накануне по благословению Его Высокопреосвященства Архиепископа Благовещенского и Тындинского Гавриила общественные награды были освящены в домовом храме Епархиального управления. Чин освящения проводил секретарь Благовещенской епархии протоиерей Олег Волочай.

С Богом и… мечтой о парашюте

Мало кто знает, что сам отец Олег — бывший десантник. На его счету 11 прыжков с парашютом. Он и сегодня мечтает снова ощутить свободное падение под куполом, а под черным подрясником носит «маргеловку» — так все, кто когда-то служил в ВДВ, называют тельняшку в честь генерала Василия Маргелова. Это боевой генерал, участник Великой Отечественной войны, «отец Воздушно-десантных войск».

О службе в ВДВ у протоиерея остались самые теплые воспоминания. Хотя выдержать такое под силу далеко не каждому, даже сильному мужчине.

— Служба в ВДВ наложила отпечаток на всю последующую жизнь. У меня с детства была мечта поступить в Рязанское воздушно-десантное училище, — признался отец Олег. — Я готовился, занимался спортом, хорошо учился. А когда окончил школу, решил сначала пойти в армию, подумал: поступишь в училище, а солдатского пота не проливал, не будешь знать, что такое солдатская служба. В мае 1987-го меня призвали в ВДВ. Желающих попасть в десант и морскую пехоту было очень много, но я сумел убедить призывную комиссию. Когда за нами прибыли на сборный пункт два сержанта и офицер в беретах — сразу такой бальзам на сердце… А когда попал в часть, тут весь бальзам стал проходить.

Глаза священнослужителя загорелись от таких воспоминаний. Курс молодого бойца, по его словам, это было НЕЧТО. После десантник Волочай понял: бойцам в «учебке» специально создавали такие условия, чтобы сломить, отсеять, чтобы остались самые сильные не только физически, но и морально.

— Вся романтика сразу улетучилась. Я думал об одном: только бы выстоять, только бы не сломаться… Когда попал в подразделение, был шокирован. Каждое утро 5-километровый забег, не взирая на время года и погоду. Подъем — и вперед. Сам я занимался легкой атлетикой и забегов не боялся, но был поражен, когда старослужащие десантники бежали впереди — руки в карманы, сигаретка во рту, и еще не догонишь его. Думаю, ничего себе!

Тем, что служил в десанте, Олег Волочай никогда не кичился.

— Любая воинская служба, если ее выполнять честно, предъявляет к воину настоящие требования. Если не можешь их выполнить, лучше уйди, чтобы не разбавлять воинство «гнилой водой», — считает отец Олег.

— Меня армия научила всему, и прежде всего — романтику отодвигать на второй план. Да, тельняшка, орел — это красиво. Но проза жизни — это работа до пота: иногда требуется сцепить зубы, сжать волю в кулак и делать свое дело. Этому я научился в ВДВ.

В десант — по блату

В числе тех, кто прошел «крылатую школу пехоты», и глава Чигиринского сельсовета Благовещенского района Александр Брянцев. В армии он служил в 14-й бригаде спецназа ВДВ. Позже, во время первой «чеченской кампании», был заместителем командира ОМОН. Награжден орденом Мужества.

— Это мы после боевой операции, только вышли из окружения, — показал фотографии прошлых лет муниципальный чиновник. — Рядом — мой напарник Вячеслав Харабуа, сейчас замминистра обороны Абхазии.

Александр Станиславович припомнил, как он в ВДВ попал по блату:

— Моих друзей призвали в десант, а мне почему-то дали отсрочку на полгода. Я хорошо знал военкома и уговорил направить меня тоже в воздушно-десантные войска. ВДВ — это особый подход, особая атмосфера чувства локтя и даже особые отношения между солдатом, офицером и прапорщиком. Дух «маргеловца» сохраняется на всю жизнь. Помню, даже в Грозном, перед самой блокадой в августе 1996-го, чеченские боевики вышли на нас по рации: «Десантники есть? Братаны, с праздником!» Казалось бы, враги, но десантное братство. 2 августа с их стороны не было ни одной провокации, ни одного боестолкновения. Целые сутки (хотя мы знали, что боевики серьезно готовились к наступлению — наше подразделение последним вышло из окружения) в небе трассировали только салюты в честь Дня ВДВ.

По словам Александра Брянцева, принадлежность к элитному роду войск не раз помогала в командировках. Если где-то услышал «ВДВ» и оказалось, что человек действительно служил в десанте, значит, свой, ему можно доверять.

— В десанте предательство исключено. Потому что от одного человека зависит жизнь всей группы. Это нам вбивалось системой воспитания, системой тренировок, — говорит Александр Станиславович. — Когда мы призывались, ВДВ — был единственный род войск, от которого можно было отказаться. И такие случаи бывали.

Самое яркое для каждого «голубого берета» — это первый прыжок с парашютом. Первый вообще, первый ночной, первый — на воду… Десантник Брянцев совершил их всего 22.

— Десант научил меня преодолевать свой страх, готовности в любой момент взять выполнение задачи на себя и не бояться принимать решение. Все эти качества пригодились мне и в гражданской жизни. Например, когда в 2006-м мы переходили на 131-й федеральный закон. Да, я рисковал, да, мог лишиться много, но я, как глава, не испугался ответственности.

Возрастная категория материалов: 18+