«Оскар-2015»: рецензия на фильм «Вселенная Стивена Хокинга»

«История отношений между известным физиком Стивеном Хокингом и его женой», — этой короткой фразой ограничились прокатчики, анонсируя фильм, который выйдет на широкие экраны в России уже после вручения золотых статуэток — 26 февраля. Собственно, в это предложение действительно укладывается вся суть картины: жизнеутверждающего манифеста у Джеймса Марша не получилось, и, скорее всего, потому, что сценарий «Вселенной» основывался на мемуарах этой самой жены. Сюжет в итоге очень быстро совершает переход от личной трагедии и последовавшего за ней персонального подвига к мелодраме, каждая сцена которой призвана заставить зрителя всплакнуть. Это у публики, в особенности — соответствующего пола, получается довольно часто, потому как жизнь, как известно, создает наилучшие сюжеты для сострадания.

А этот сюжет еще и о победе человека над обстоятельствами, и о том, как важно не оставлять других в беде, и о том, как это бывает невыносимо трудно — совершать ежедневные подвиги. Хокинг, начавший терять способность управлять мышцами своего тела в юности и окончательно утративший ее к зрелому возрасту, действительно вряд ли бы добился тех успехов и той популярности, о которых мы знаем, без женской поддержки. Далеко не каждому обездвиженному человеку реальность дает такую роскошь, как любящая жена, дети и вообще жизнь, которую с различными натяжками можно назвать нормальной. Джейн Хокинг, решительно бросившая молодость на алтарь таланта своего возлюбленного, — героиня, которую нам не в чем упрекнуть. Зато создателей фильма сложно оставить без вполне оправданных упреков.

Джеймс Марш — хороший документалист, мало и как-то странно упражнявшийся в игровом кино. К слову, «Оскар» у него уже есть — в 2009 году киноакадемики аплодировали фильму «Канатоходец» о Филиппе Пети, любителе погулять по веревке, натянутой на умопомрачительной высоте, ничем себя не страхуя. Художественные фильмы «Тайный игрок» и «Король», несмотря на участие в них Клайва Оуэна и Гаэля Гарсии Берналя, были восприняты и зрителями, и киноведами куда прохладнее. История жизни Стивена Хокинга глазами его уже бывшей жены, вероятно, много статуэток не заработает — более или менее реальные шансы есть только у исполнителя роли ученого, Эдди Редмэйна, тоже в некотором роде совершавшего подвиги на съемочной площадке.

В том, что создатели «Вселенной» определенным образом ориентировались на великолепный фильм «Игры разума», сомнений нет — здесь слишком много точек соприкосновения. Джон Нэш был болен психически, у Стивена Хокинга, напротив, только мозг и остался послушным и идеально работающим инструментом. При этом обе картины повествуют нам о героических любящих женщинах, из последних сил сражающихся с супружескими недугами, о семье как истинной «теории всего» и даже о нестабильном, конкурирующем, но необычайно трогательном студенческом братстве. Все эти Принстоны-Кембриджи-Оксфорды в обоих фильмах становятся стартовой и основополагающей частью жизни персонажа, чье умение мыслить приносит миру довольно сомнительную пользу.

И что в результате? «Игры разума» при восьми номинациях в 2002 году забрали четыре статуэтки, что примечательно — две из них главные, и только Рассела Кроу наградой обделили. «Вселенная» при всех раскладах не тянет на повторение такого успеха: в категории «Лучший режиссер» имени Марша нет, а за звание лучшего фильма года нынче бьются совсем другие картины. Но дело не только в «Оскаре», фильм Рона Ховарда был хорош талантливым совмещением жанров на реально существовавшей основе. В «Играх» семейная драма запросто превращалась в психологический триллер, а иногда в подобие шпионского боевика, помимо героя Кроу в картине были великолепно прорисованы персонажи Дженнифер Коннелли, Пола Беттани и Эда Харриса. «Вселенная» лишена даже намека на подобную многогранность, в ней нет неожиданной развязки: это переживания в чистом виде, хоть и сильные, но чужие.

И Рэдмэйн, и Фелисити Джонс в своих ролях безупречны, тем более что кроме них в экранизированной «Вселенной» Хокинга по большому счету никого и нет. Картина продолжается два часа, и все это время камера старательно фокусируется на беспомощном состоянии ученого и усилиях его жены, отвлекаясь на всех прочих только в силу особенной необходимости. Вы гарантированно забудете шутки однокашников Хокинга, причуды его родителей и как выглядела подружка его будущей жены в самом начале этой истории. Главной паре все эти призраки ни к чему, вселенная уверенно вертится вокруг их счастья, помноженного на трагедию. Даже третий по значимости герой — Джонатан в исполнении Чарли Кокса — постоянно произносит фразу «Я отступлю» и действительно отступает в тень. В фильме заняты Эмили Уотсон и Дэвид Тьюлис — знакомые все лица, но без толку.

Умные научные вещи, которые прославили теоретика Хокинга, перевернувшего представление ученых о всяких там процессах, происходящих во Вселенной, в картине представлены естественным для взгляда с позиции супруги гения образом. То есть, они очень умные и точка. Это, наверное, даже резонно — попытки хоть сколько-нибудь доступно объяснить все эти «струны» и «квазары» обывателю вечно натыкаются на недовольные возгласы из зала. Но в этом фильме зритель, пытающийся зацепиться взглядом хоть за что-нибудь, кроме умения Джейн справляться с лицом и неумения Стивена справляться со столовыми приборами, и здесь получает от ворот поворот. Режиссер все время напоминает, чьи мемуары экранизирует: здесь нет места ничему, кроме вселенского сострадания.

Трагедия Стивена Хокинга слишком уж известна и очевидна, чтобы окружать ее таким ореолом. Гений, запертый, как в тюрьме, в собственном теле, явно заморачивается по поводу своего состояния меньше, чем окружающие: он разводится, снова женится, является отцом двоих детей и множества научных сенсаций, он постоянно спорит с Кипом Торном, общается с миром через свой всемирно известный синтезатор речи и смущенно улыбается. Хокинг на протяжении многих десятилетий не позволяет миру уж слишком себя жалеть и вряд ли обрадовался экранизации его более деликатных, нежели у обычных людей, семейных отношений. Но, говоря словами самого ученого, «жизнь была бы очень трагичной, если бы не была такой забавной».